Новости Севастополя

Севастополь /Новости, 21 декабря 2015/. В тылу орудийных двориков четвертого бастиона в Севастополе стоит скромная стела с профилем молодого офицера: «Великому русскому писателю — участнику обороны». Черный гранит и белый мрамор. В одной из ниш на здании Панорамы расположен бюст поручика — артиллериста. Толстой…

Новости Севастополя

На военную службу Толстой поступил на Кавказе, когда гостил у своего старшего брата Николая, который был офицером-артиллеристом в Кавказских войсках. В феврале 1852 года он выдержал экзамен на звание юнкера и был зачислен на правах вольноопределяющегося фейерверкером (унтер-офицерский чин) 4-го класса в 4-ю батарею 20-й артиллерийской бригады. В конце 1853 года Толстой обратился к генералу М. Д. Горчакову, который приходился ему дальним родственником, с просьбой о переводе его в действующую армию на Дунай, и вскоре был переведен туда.

После высадки неприятеля в Крыму Лев Николаевич, как истинный патриот, подал рапорт о переводе его в Севастополь. Он хотел испытать себя Севастополем, убедиться в своих собственных духовных силах.

Шел второй месяц героической обороны Севастополя, когда в осажденный город прибыл Лев Толстой 7 (19) ноября 1854 года. Он ехал в Крым через Одессу, Николаев, Херсон и Перекоп. Дороги были загружены войсками и обозами, тонувшие в непрозрачной грязи. Навстречу шли толпы пленных, тянулись телеги с ранеными, на подорожных станциях не хватало лошадей. С большим трудом удалось получить место в почтовой повозке. И вот, наконец, Толстой в Севастополе. Вспоминая о чувствах, владевших им в те минуты, писатель говорил в рассказе «Севастополь в декабре»:

Не может быть, чтобы при мысли, что и вы в Севастополе, не проникло в душу вашу чувство какого-то мужества, гордости и, чтоб кровь не стала быстрее обращаться в ваших жилах…

В Севастополе от наблюдательного взгляда писателя не скрылось «…странное смешение лагерной и городской жизни, красивого города и грязного бивуака». А люди, казалось, ничем не отличались от других русских людей. В них не было видно ни какого особенного энтузиазма и геройства, ни суетливости и растерянности. Каждый спокойно занимался своим делом.

Один из сослуживцев Толстого принес в редакцию «Современника» три очерка писателя. Они, напечатанные Некрасовым под общим названием «Севастопольские рассказы», ошеломили читателей окопной правдой, небывалой еще в литературе. Не было бы Толстого на четвертом бастионе, то не было бы в литературе и бородинских редутов.
А Чернореченское сражение? Тогда, 4 августа 1855 года:

На Федюхины высоты
Нас пришло всего две роты,
А пошли полки…

Не здесь ли в этот жаркий день увидел Лев Николаевич небо над Аустерлицем глазами Андрея Болконского. Вот они те самые Федюхины… От горы Гасфорта до подножья Сапун-горы протянулись по левому берегу реки Черная.

Как четвертого числа
Нас нелегкая несла…

Трактирный мост. Лишь его старые «быки» помнят грохот боя. Отчаянный генерал П.П, Липранди ведет войска на правый берег, на Телеграфную высоту и , выбив сардинцев, овладевает ею. Позицию занимает горный артиллерийский взвод поручика Толстого. Не окажись он там, то не было бы в романе «Война и мир» Тушинской батареи, да и самого Тушина, истинно русского офицера с его «Жизнь Отчизне — честь никому!»

В своей «Истории Крымской войны» академик Тарле писал:» В «Войне и мире» Толстого действуют персонажи, которые сплошь и рядом говорят не как офицеры 1812 года, а как офицеры Крымской кампании».

26-тилетний Лев Николаевич оставался до конца обороны, участвовал в отражении последнего штурма города. Свое мнение о Севастополе, моральном состоянии русских войск, их стойкости, историческом значении Севастопольской обороны Толстой изложил в письме брату Сергею Николаевичу в ноябре 1854 года:

Дух в войсках свыше всякого описания. Во времена древней Греции не было столько геройства. Мне не удалось ни одного раза быть в деле, но я благодарю Бога за то, что я видел этих людей и живу в это славное время.

Черный гранит и белый мрамор… Война и мир… «Память уничтожает время». Так писал Лев Николаевич в своих дневниках перед своим приездом в Севастополь спустя полвека после Обороны. Куда страшнее было бы если бы время уничтожало память. Площадь Нахимова. Практически у обреза Графской пристани стоит гостиница Киста. Порой мне кажется, что я вижу как уже постаревший поручик Толстой выходит из дубовой двери и по Екатерининской идет на четвертый бастион.

Некоторые биографы Толстого уверены, что в последние дни жизни граф из Ясной поляны отправился ни куда-нибудь, а в Севастополь. Я пересмотрел карты железных дорог в надежде найти станцию Астапово. Следовали через неё поезда в Крым или нет? Но , как известно, билет был куплен до Ростова-на-Дону… Красивая легенда, но как хочется верить в неё. Даже сейчас, проходя почти каждый день по улице Льва Толстого, будучи читателем городской библиотеки его имени, я знаю — рано или поздно я непременно встречу поручика с четвертого бастиона.

Новости Севастополя

Владислав Мокряков